Писатель-сатирик и журналист дал интервью каналу РЕН ТВ по случаю своего пятидесятилетия
РЕН ТВ
Писатель-сатирик и журналист дал интервью каналу РЕН ТВ по случаю своего пятидесятилетия "Во что обойдется эта победа России и осетинскому народу, это стоит посмотреть и подсчитать" - отметил Шендерович в интервью ведущей РЕН ТВ Ксении Турковой
ВСЕ ФОТО
 
 
 
Писатель-сатирик и журналист дал интервью каналу РЕН ТВ по случаю своего пятидесятилетия
РЕН ТВ
 
 
 
"Во что обойдется эта победа России и осетинскому народу, это стоит посмотреть и подсчитать" - отметил Шендерович в интервью ведущей РЕН ТВ Ксении Турковой
РЕН ТВ
 
 
 
Шендерович рассказывает, как сейчас изменилось его мировосприятие в сравнении с "лихими девяностыми", на что следует ориентироваться современной России и какую иметь власть
РЕН ТВ

Писатель-сатирик и журналист Виктор Шендерович дал интервью каналу РЕН ТВ по случаю своего пятидесятилетия. В эфир интервью не пошло - "случилась война в Осетии, и мы решили задать Виктору другие вопросы", говорится в преамбуле.

Однако текст того большого интервью почти без купюр оказался в распоряжении NEWSru.ru, и можно узнать мнение Шендеровича о том, как изменилось его мировосприятие в сравнении с "лихими девяностыми", на что следует ориентироваться современной России и какую иметь власть.

- "Сильная рука" нам нужна, но чтобы не сворачивала шею
- Шендерович как педагог по пластике: "наших людей" легко опознать за границей. На них печать несвободы
- Программу "Куклы" в нынешней России представить невозможно
- О нынешних либералах: любят не демократию в себе, а себя в демократии

Началось интервью с комментария Шендеровича по войне в Грузии. "Кокойты победил в этой войне - этот авантюрист втянул Россию в эту войну; долго втягивал, усердно втягивал, потому что сам воевать не собирался, драпанул первым делом, и в Цхинвали его не было, подставил свой народ благополучно. Теперь Россия заложник у Кокойты - не наоборот, а именно так. Во что обойдется эта победа России и осетинскому народу, это стоит посмотреть и подсчитать", - заявил Шендерович.

"До вторника я вообще думал, что президента у нас нет", - отметил сатирик, подчеркнув при этом, что Саакашвили - политик очень сильный, "хотя и авантюрист".

О себе - злом сатирике

Сам себя Виктор Шендерович определяет как "злого сатирика", и отмечает, что с профессиональной точки зрения окружающие негативные вещи не должны веселить - а должны злить. На уточняющий вопрос, что его злит как сатирика, он привычно ответил: политическая жизнь.

"Есть некоторое отчаяние, конечно. Отчаяние, связанное, может быть, с собственным легкомыслием. Все-таки, по легкомыслию, полагал там в начале 90-ых, что мы как-то вырвемся из этого заколдованного круга. Что больше "совка" не будет. Что больше ЧК не будет, что больше страха не будет. Что больше торжествующего "холуяжа" не будет", - рассказывает Шендерович.

"Все это вернулось очень быстро, по первой отмашке начальственной", - продолжает писатель. - "Это приводит в некоторое отчаяние".

Однако здесь он видит повод для оптимизма, но своеобразный: не надо было так многого ожидать. Если забыть, что мы имеем дело с собственной жизнью, довольно короткой, то все идет довольно нормально: по большому историческому счету.

"Мы еще не вышли из "совка". Мы живем в постсоветский период, мы живем в период распада империи", - говорит Шендерович. Как пишут в учебниках, период распада Римской империи занимает от первого до четвертого века до нашей эры. Между ними пронеслось десять поколений, а мы пока в начале пути, поясняет писатель.

"Мы из "совка" не вышли, у нас труп главный лежит не похороненный. Мы выводов не сделали, как народ, поэтому мы обречены на эти грабли еще прыгать и прыгать.

"Совка" не будет, Ким Чен Ира не будет. Будет какая-то разновидность Латинской Америки", - заявил Шендерович. Причем он сравнивает современную Россию с Латинской Америкой середины прошлого века. Но и оттуда есть выход. "И Бразилия, и Мексика - все проходили через преемников, через возвращение президентов, через хунту, которая по-испански означает всего лишь власть", - напомнил писатель.

В этом смысле Шендерович "абсолютно оптимистически настроен". Его расстраивает лишь то, что в данный момент россияне сами себя "оставили на второй год".

"Сильная рука" нужна, но чтобы не сворачивала шею

На вопрос о том, нужна ли российскому государству сильная рука, Виктор Шендерович отвечает положительно. По его мнению, вопрос в том, что делает эта сильная рука: сворачивает шею или ведет автомобиль в правильном направлении. "Это терминологический трюк. Просто мы под сильной рукой понимаем Ивана Васильевича Грозного. Костры, сажание на кол и прочие наши радости…"

"Мы под сильной рукой понимаем всеобщий Гулаг. У Тэтчер была вполне сильная рука. Сильная рука в сочетании с сильными мозгами дает на выходе Великобританию (через какое-то время), или любую другую удобную для жизни страну. Кому не нравится Британия - Норвегию, Данию, Голландию… То есть страну, где никто не знает, как выглядит лицо начальства. У начальства небольшой рейтинг, потому что его постоянно критикуют, оно же работает. А когда оно работает, оно естественно ошибается и подвергается критике…"

"Но я прекрасно понимаю, что мой общественный идеал довольно далек от идеала большинства. К этому тоже надо относиться нормально и привыкнуть к этому. И не ждать никаких чудес. И я стараюсь, повторяю, я просто стараюсь на все это глядеть исторически. Когда гляжу исторически, то понимаю, что в общем, все более-менее нормально", - говорит писатель.

Шендерович как педагог по пластике: "наших людей" легко опознать за границей. На них печать несвободы

Виктор Шендерович, который по первой специальности является педагогом по сцендвижению, опознает россиян за границей: в их тело "впечатано ощущение бесправия". Он говорит, что раньше нашего человека можно было определить по одежде, но сейчас "все давно в хорошем прикиде", но мышечная несвобода видна издалека.

"Наш человек поворачивается на "эй", на свист, на окрик. Иностранец зачастую даже не поймет, о чем речь", - делится ощущениями писатель. "Русский человек оборачивается на окрик, потому что знает: его могут в любую секунду остановить, спросить документы, куда-то отвести…"

Однако он с удовольствием отмечает, что за границей все больше становится говорящих по-русски молодых людей, которых по внешнему виду опознать трудно. При этом он отвергает предположение, что так россияне теряют идентичность: смотря, что считать идентичностью. "Если идентифицировать себя по мышечному зажиму, по несвободе, по боязни, по фобиям, по комплексам, по агрессии, - то да. Но я думаю, что мы имеем основание себя идентифицировать как-то иначе. Кроме Шарикова, русский народ еще подарил миру профессора Преображенского, поэтому не надо себя совсем уж принижать".

Программу "Куклы" в нынешней России представить невозможно. Есть Чуров, после которого они уже и не нужны

Шендерович вспоминает и о программе "Куклы", автором которой он был долгое время. На вопрос, как бы она выглядела в нынешней России, он отвечает, что такой программы не может быть ни в Эфиопии, ни в Северной Корее, ни в Белоруссии и в ряде еще государств, включая Российскую Федерацию.

"Резины достаточно, персонажи тоже есть, только это невозможно на нынешнем телевидении, и нет такого канала, который бы решился. Речь не о "Куклах", речь о сатире как жанре", - подытожил Шендерович.

Кроме того, по его признанию, глава Центризбиркома Владимир Чуров сам заменяет куклу: "там даже резины не надо". Он уже готовый, даже ничего не надо писать, можно просто брать его текст - это уже репризы, иронизирует писатель.

Он говорит, что в современной жизни довольно много экзотических политических персонажей, другое дело, что сменился психотип. "Лихие 90-е породили большое количество выразительных персонажей. Это была Россия - какая есть. Где с одной стороны Сахаров, с другой Макашов, посередке Черномырдин, который был огромным, поразительным, цельным персонажем. Эти были из плоти и крови".

А теперь, как он выражается, пришел тип чекиста, с незапоминающимся лицом. Он скрытный - говорит одно, думает другое, а специальностью его является сделать так, чтобы пройти незамеченным.

О нынешних либералах: любят не демократию в себе, а себя в демократии

Еще один факт биографии Виктора Шендеровича - участие в предвыборной кампании, когда он пытался пройти в Госдуму по одномандатному округу, но проиграл "единороссу" Говорухину. На вопрос о том, каким бы законотворчеством он занимался, если бы в Думу прошел, Шендерович ответил, что его поход туда носил исключительно публицистический характер. Это был округ, по которому должен был идти Михаил Ходорковский, но его успели посадить еще до выборов.

Как рассказывает Шендерович, он ждал, что кто-то пойдет по этому знаковому округу из профессиональных политиков-демократов. "Но профессионалы нашли себе занятия поинтересней. И тогда я пошел. Я не могу сказать, что я об этом не жалею, потому что это оказалось, в общем, довольно мучительно... И столько грязи, сколько я и моя семья получили на этом, не пожелаешь никому".

Шендерович, процитировав Черчиля, сказал, что он разочаровался не в демократии, а в демократах. "Штука в том, кого называть демократами. Если демократы - это Сахаров, профессор Афанасьев, академик Рыжов, 50-60 человек, которых мы видели в первые годы… бывшие во власти и ушедшие с чистыми руками, не своровавшие, - это одно дело". Но был еще и вице-премьер Сосковец, или Коржаков с Грачевым. А сегодня у многих слово "демократ" ассоциируется с "глянцевой пеной".

Что касается партий СПС и "Яблоко", то там, поясняет Шендерович, тоже разные люди, в том числе чрезвычайно им уважаемые. Но на примере организации "Комитет-2008" видно, насколько важны амбиции. "Все остальное уходит, когда натыкается на амбиции. По Станиславскому, они любили себя в демократии, а не демократию в себе. И это очень прискорбно", - заключает Шендерович.

Он говорит, что в этой ситуации надо объясняться с публикой. "Не надо брезгливо морщиться при слове "народ". Надо объясняться. Надо отделять зерна от плевел, надо объяснять, что демократия - это не Ксюша Собчак, а реальное разделение властей. Что демократия - это независимый парламент. Что демократия - это журналист, которого боится власть, а не журналист, который боится власти".