Мало в России людей, вызывающих столько народной ненависти и столько же восхищения отдельных людей, сколько Анатолий Чубайс: рыжеволосый харизматичный отец российского капитализма
Архив NEWSru.ru
Мало в России людей, вызывающих столько народной ненависти и столько же восхищения отдельных людей, сколько Анатолий Чубайс: рыжеволосый харизматичный отец российского капитализма Чубайс не является членом правящей команды. Он не поддерживал кандидатуру Путина в 2000 году
ВСЕ ФОТО
 
 
 
Мало в России людей, вызывающих столько народной ненависти и столько же восхищения отдельных людей, сколько Анатолий Чубайс: рыжеволосый харизматичный отец российского капитализма
Архив NEWSru.ru
 
 
 
Чубайс не является членом правящей команды. Он не поддерживал кандидатуру Путина в 2000 году
Архив NEWSru.ru
 
 
 
Он был единственным представителем деловой элиты, кто выступил в защиту Ходорковского после его ареста
AP Photo

Мало в России людей, вызывающих столько народной ненависти и столько же восхищения отдельных людей, сколько Анатолий Чубайс: рыжеволосый харизматичный отец российского капитализма, отмечает The Financial Times в статье "Отец миллиардеров", перевод которой публикует Inopressa.

C корреспондентом газеты нынешний глава РАО ЕЭС встретился в одном из элитных ресторанов Москвы. Как отмечает беседовавший с ним Аркадий Островский, Чубайс проявил такт и взял самое дешевое вино. "Он знает, что стоимость обеда должна оплатить наша газета, но поскольку ее он не приватизировал, то не делает поспешных выводов относительно ее благосостояния.

Он вежливо интересуется: "Ничего, если я закажу Chateau Potensac 1995 года по 120 долларов за бутылку?" Это одно из наименее дорогих вин в меню ресторана, и я отдаю должное такту и манерам Чубайса. В ресторане кончились устрицы, поэтому мы довольствуемся овощным салатом, а потом Чубайс заказывает osso bucco (мясо на косточке), а я - бараньи ребрышки".

Мы немного обсудили текущие политические события в России - что нельзя назвать жизнерадостной и легкой темой. Несмотря на всю свою власть, Чубайс не является членом правящей команды. Он не поддерживал кандидатуру Путина в 2000 году, он был единственным представителем деловой элиты, кто выступил в защиту Ходорковского после его ареста. Сейчас это лишает Чубайса неформальной поддержки властей, которая всегда была куда важнее, чем юридические или конституционные гарантии.

FT утверждает, что его это пугает: он более устойчив к рискам и опасностям, чем большинство людей. "Мне известно по крайней мере о трех заказах на мое убийство. Я знаю все детали, имена тех, кто должен был их осуществить. Последний такой заказ был сделан полтора года назад. У него были чисто политические мотивы: ненависть из-за того, что я "продал Россию".

Когда каждый день, возвращаясь домой, допускаешь, что за углом может стоять убийца с противотанковым гранатометом, то восприятие политических рисков меняется. Да, возможно, сегодня доля риска на несколько процентов выше, чем в 2000-м. Но в 1992-1999 годах риска было в несколько раз больше", - поясняет глава РАО ЕЭС.

В 1992 году Чубайс, заместитель премьер-министра, занимавшийся приватизацией в первом правительстве Бориса Ельцина, приступил к самой крупной и самой стремительной распродаже государственных активов в истории. В результате 80% экономики оказалось в частных руках, некоторое количество россиян внезапно сильно разбогатело, а большинство осталось в бедности. Естественно, многие из числа последних винят первых в своем незавидном положении. И предъявляют свои счеты Чубайсу - человеку, который сделал это.

Один из тех, кого он выпестовал, Михаил Ходорковский сейчас находится в тюрьме в ожидании суда за мошенничество и уклонение от уплаты налогов. Нефтяная компания Ходорковского ЮКОС, которую на Западе представляли лучшим образцом российского капитализма, на глазах остается без своих активов. Два других олигарха - Борис Березовский и Владимир Гусинский - оказались в вынужденной эмиграции, а остальные, в число которых входит и Роман Абрамович, владелец футбольного клуба "Челси", пригнули головы, опасаясь репрессий, отмечает FT.

Однако Чубайс считает разрушение финансового основания коммунистического режима и проведение приватизации своим самым большим успехом. "Мы прекрасно понимали, что создаем новый класс собственников. Приватизация не была вопросом идеологии или каких-то абстрактных ценностей, это был вопрос реальной политической ежедневной борьбы. Политические руководители были неизменно связаны с коммунистической партией. Нам нужно было от них избавляться, а у нас не было на это времени. Счет шел не на месяцы, а на дни", - утверждает он.

"Мы не могли выбирать межу "честной" и "нечестной" приватизацией, потому что честная приватизация предполагает четкие правила, установленные сильным государством, которое может обеспечить соблюдение законов. В начале 1990-х у нас не было ни государства, ни правопорядка. Службы безопасности и милиция были по другую сторону баррикад. Они учились по советскому Уголовному кодексу, а это от трех до пяти лет тюрьмы за частное предпринимательство. Нам приходилось выбирать между бандитским коммунизмом и бандитским капитализмом", - поясняет автор приватизации.

Чубайс не извиняется и не раскаивается в том, что был автором самого противоречивого из всех приватизационного процесса: залоговых аукционов, когда самые ценные и крупные российские активы были переданы группе магнатов в обмен на займы и поддержку тяжело больного тогда Ельцина на выборах 1996 года.

FT отмечает, что олигархи поддержали бы Ельцина в любом случае. Но Чубайс настаивает, что, передав им контроль над предприятиями с сотнями тысяч рабочих, он дал им реальный административный ресурс, чтобы они могли повлиять на исход выборов, разрушив при этом главную опору коммунизма. "У нас не было вариантов. Если бы мы не провели залоговую приватизацию, то коммунисты выиграли бы выборы в 1996 году, и это были бы последние свободные выборы в России, потому что эти ребята так просто власть не отдают", - заявляет Чубайс.

В то же время, добавляет он, залоговая приватизация была сделкой, достойной Фауста, и ее последствия преследуют Россию по сей день. "Я не вполне понимал, какую цену нам придется заплатить, - говорит Чубайс. - Я недооценил то глубокое чувство несправедливости, которое зародилось в людях. Спустя пять лет люди все еще отрицают все рациональные аргументы о том, что олигархи не просто украли эти предприятия, но сделали их более эффективными, начали в них инвестировать, выплачивать зарплаты вовремя, что налоги, которые поступают от них в бюджет, помогают платить пенсии. Но большинство людей не хотят этого слышать, потому что чувство несправедливости приватизации укрепилось на подсознательном уровне".

Чубайс говорит, что это - одна из причин, по которой "Союз правых сил", либерально-консервативная партия, в создании которой он принимал участие, проиграла в прошлом году парламентские выборы. Это также объясняет, почему демократы в России ассоциируются с бедностью в стране, а арест Ходорковского и атака на ЮКОС вызывают одобрение миллионов простых россиян, которые сочли это заслуженным наказанием.

"Когда официант приносит чай с медом, я спрашиваю Чубайса, не находит ли он, что капитализм не годится для России с ее народной ненавистью к богачам и верой в нравственное превосходство бедных?" - пишет Островский. "В начале наших реформ, некоторые из моих противников утверждали, что из-за вековых традиций России капитализм подходит ей меньше, чем Европе. Возможно. Но какой у нас есть выбор в экономике? Централизованное планирование, социализм? Спасибо, этого мы уже навидались. Капитализм, наверное, в России установить труднее, но я убежден, что это - единственный путь. Рыночные ценности уже укоренились здесь, и экономический рост служит тому доказательством. Мои противники говорят, что приватизация провалилась, что она была направлена против интересов людей. Но я делал это не ради людей моего поколения, я делал это ради наших детей. Я убежден, что через одно-два поколения люди взглянут на нас иначе и чувство несправедливости у тех, кто придет за нами, исчезнет".

Чубайс уехал из ресторана в своем черном бронированном BMW с голубой мигалкой в сопровождении еще одной машины. "Ждать, может быть, придется долго", - делает вывод The Financial Times. (Полный перевод статьи читайте на сайте Inopressa.Ru.)